Согласно законопроекту 11043, Нацполиция имеет право в течение 24 часов получить все платёжные реквизиты и персональные данные клиента, даже его IP-адрес. Юристы комиссии подчеркнули, что это нарушает конституцию.
Портал обсуждает предложение после первого чтения законопроекта №11043. Законопроект будет представлен на рассмотрение Совета 3 сентября 2024 года. Инициаторами проекта выступила группа из трёх представителей фракции «Слуги народа». Текстом документа предлагаются изменения в ряд законов, касающихся банковской деятельности и предоставления платёжных услуг. Внесение изменений в эти два статьи вызвало сопротивление главного юридического управления комитета. Речь идёт о неконституционности отдельных статей.
Законопроект 11043 — Какие нововведения предусмотрены
Нардепы предложили и поддержали изменения в две статьи по разглашению персональных данных клиентов банков. В частности, речь идёт о дополнении к статье 62 Закона «О банках и банковской деятельности». А именно, банковская тайна будет раскрываться по запросу ГПУ. Другие соответствующие изменения включают в раздел 31 Закона о платёжных услугах: перечень оснований и процедур для получения персональных данных клиентов. В тексте проекта говорится, что все данные будут предоставлены полиции в течение 24 часов после запроса. В то же время, дело касается киберпреступлений и преступлений, предусмотренных статьёй 9 Уголовного кодекса. Правовой портал пишет, что речь идёт о статьях 185, 190-192, 200, 361, 361-2, 362-363 – кража, обман, злоупотребление доверием, мошенничество, нарушение платежей, вмешательство и взлом баз данных.
Замечания по поводу предложения нардепа содержатся в письме юридического управления. Авторы письма, прежде всего, отмечают, что разработали законопроект №11034 в чрезвычайно сжатые сроки. Они обнаружили несколько проблем в тексте документа. В нем законодатели «не имели оснований для ограничения отправки запроса» и не обратили внимание на то, что банки не смогли самостоятельно выяснить, были ли нарушения в том или ином платеже. Кроме того, юристы комитета утверждали, что он нарушает две статьи Конституции – 3 статью о праве на защиту чести и достоинства и 32 статью о защите частной жизни.
